Марья получила еду первой и заняла столик. У Вадима в ру­ках оказалось сразу три портфеля. И еще он хотел помочь мне притащить поднос. Мы стали тихо препираться, потом Вадим ушел за ложками, и я его ждал. На какое-то время мы забыли про Машку.

      Когда подошли к столику, рядом с ней сидел парень с лицом, похожим на тыкву.

      Ложкой Марья плескалась в своем супчике и парализовано глядела на нас. Будто беззвучно кричала: «Помогите!»

      Мы пригляделись. Второго у Марьи не было. Ее второе — опять котлеты — жадно пожирал парень с лицом, похожим на тыкву.

      Мы не сели, мы упали на стулья.

      —     Ты чо? — прошептал Вадим парню.

      Тот подумал, мы просто храбрецы и не имеем к Марье ника­кого отношения.

—           Тихо, пацаны! — проговорил парень, не переставая чавкать.

      Вадька уже весь напрягся. И я понял, что грянет бой. Торо­пясь, я сиял с подноса тарелки и ухватил его покрепче. Но Вадь­ка медлил. Что-то, видать, мешало ему.

      —     Попросил бы по-хорошему,— сказал Вадька парню уже по­громче.

      Тот только хмыкнул.

      Половину бы попросил,— уговаривал Вадим.